МегаШпора.ru - ГДЗ, решебники, сочинения, афоризмы






Симеон Полоцкий - сын трех народов

     Белорусский, украинский и российский общественный и церковный деятель, писатель, проповедник, поэт Симеон Полоцкий оставил большое литературное и театральное наследие на Украине, в Беларуси и России. Полемизировал с деятелями раскола в Киеве. Был наставником царских детей в Москве. Организовал в Кремле полноценную типографию. Он стал одним из зачинателей русской силлабической поэзии, издав бесценные сборники «Вертоград многоцветный» и «Рифмологион», а также был одним из первых русских драматургов.
     По настоятельному и очень пышному приглашению царя Алексея Михайловича поэт в 1664 году принял московское подданство, с невероятной педантичностью выговорив для себя ряд самых выгодных условий, в том числе - (самое важное!) - свободу творчества, что для Московского государства всегда ценилось как величайшее богатство и редкая удача. Перед тем, как Симеон Полоцкий окончательно распрощается со своей родиной, оглянемся и мы назад в Польшу 17-го века. «Великая» Польша тогда простиралась «от моря до моря» - от Балтийского до Черного. В нее одно время юридически входили даже Калуга, Липецк и Воронеж, Пятигорские предгорья на Северном Кавказе, порты на Черном и Балтийском морях. Мы в школе плохо учим историю. Например, для меня было невероятно представить в младших классах, что в «Тарасе Бульбе» Гоголя казаки гуляют от городов на севере Беларуси до Варшавы, как у себя дома. А в 21-м веке в головах у маленьких детей вообще сложилась сплошная путаница. Нынешние литовские школьники учатся по исторической карте Литвы, в которую якобы входили Беларусь, Украина и ряд российских областей. Учебники никак не поделят российских, белорусских и украинских ученых, национальных первопечатников и просветителей, например, Скорину, Зи- зания, Беринду, Сковороду, которые были до конца 18-го века полноправными подданными Польши, а называли себя «русскими».
     Шляхетская польская республика не была для Симеона Полоцкого злой мачехой, это видим из «благополучной» биографии поэта: православный юноша учился в иезуитском коллегиуме безо всяких препон и ограничений. Последние восемь лет своего монашества в Полоцком монастыре перед отъездом в Москву поэт колебался в выборе. Эти годы стали для отца Симеона периодом осознания своего истинного призвания. Именно монастырский период раскрывает нам причины довольно прохладного отношения к личности поэта со стороны исследователей разной государственной и конфессиональной принадлежности. Наследие Симеона Полоцкого рвали на части, мифотворчество исследователей доходило до абсурда: еще в 20-м веке некоторые ученые в России утверждали, что Полоцкий - из семьи еврейских выкрестов, тайно исповедовавших иудаизм. Католикам, воспитавшим и выучившим будущего поэта, неприятен был его «русский» патриотизм и фанатичная верность православию, «схизме». В Москве до самой смерти Полоцкого презрительно называли «латинянином» и обвиняли в тайном насаждении католицизма в придворной среде, окружавшей царя Алексея Михайловича.
     Сам Полоцкий, влюбленный в Киев и его Академию, называл себя «сыном Украины» и в завещании своем велел посадить над его могилой плакучую вербу в напоминание об Украине. Я думаю, правильней было бы называть этнического белоруса и православного Симеона Полоцкого подданным Польши, сменившим свое подданство на российское после восьмилетних размышлений в монастыре. Выехал в Москву он добровольно. Давления польских властей на православных граждан ни с культурной, ни с политической стороны в середине 17-го века еще не существовало. У меня сложилось впечатление, что Великая Польша тогда еще была веротерпима и культурно многообразна. В поэме «Орел Российский» Симеон Полоцкий так знаменует свой жизненный выбор:
     Ликуй, орле Российский, под небо взнесенный,
     Твоей власти есть Польский орел порученный.
     В иных учебниках до сих пор представляют Польшу в виде вельможного магната, хлещущего плеткой православного хлопа. На самом деле Речь Посполитая взрастила титанов, как говорил Дмитрий Лихачев, «своеобразного русского возрождения» - Смотрицкого, Магницкого, Полоцкого, по «Грамматике», «Арифметике» и поэтике которых проходил свои «врата учености» не только Ломоносов, а все без исключения православные российские академики.
     Думается мне, мы правильно сделаем, если вслед Симеону Полоцкому:
     Очистим храмы сердец от всякия скверны,
     слезми покаяния, а Господь есть верны... -
     и станем без пристрастия относиться к наследию общеславянских просветителей, которые называли себя «русскими».