МегаШпора.ru - ГДЗ, решебники, сочинения, афоризмы

Загрузка...

Место пейзажа в прозе И.Э. Бабеля

     В отечественной литературе только случайно пейзаж не стал самостоятельным жанром. Описания природы, отражающие тонкости душевных вибраций литературных героев, покрывают тысячи и тысячи золотых страниц нашей прозы от Радищева до современных дней. Классические пейзажи Толстого аукаются на пустошах у Салтыкова-Щедрина, скучающий Чехов, болдинский Пушкин, виртуальные тонкости Бунина. В них тонешь, забываешься, они навевают скуку, их пролистываешь. Они живучи и неистребимы. Они есть один из специфических признаков русской литературы.
     Бабель — писатель русский, и пейзаж не чужд ему. Он просто редкое в его прозе явление. Он, кажется, потерян в обилии фактов, имен, событий. Его сложно разглядеть. Бабель не повествует, не описывает, не трактует, не размышляет. Его проза производит впечатление таинственного физиологического процесса. Она естественна, подобно дыханию, подобно мысли стремительна и загружена образами бытия. Пейзаж в ней — редкий, экзотический гость. Он подобен драгоценному диаманту и присутствует не в каждой главе. Он не изображает ничего, кроме того, что изображает. Он ни о чем не говорит. Ни о тонких душевных вибрациях, ни о переживаниях литературных героев. А если и говорит, то лишь о том, что автор книги имеет глаза и может ими смотреть и видеть. Бабель скуп на слова. Скуп на длинные, распространенные предложения. Скуп на пейзажные картины.
     Пейзаж в «Конармии» строго дозирован. Он имеет вспомогательное значение, конкретную географическую и архитектурную привязку. И авторскую эмоцию в своем содержании: «Мы поднялись с Гедали вверх по главной улице. Белые костелы блеснули вдали, как гречишные поля. Робкая звезда зажглась в оранжевых боях заката, и покой, субботний покой сел на кривые крыши житомирского гетто».
     Пейзаж у Бабеля позволяет сделать передышку, расслабиться, собраться с мыслями. Все бабелевские пейзажи не больше абзаца и обычно в две-три строки: «Спокойствие заката сделало траву у замка голубой. Над прудом взошла луна, зеленая, как ящерица». Все они хорошо, чаще блестяще, исполнены. Они органичны прозе Бабеля, ее стилю, языку и содержанию. Они помогают писателю держать интонацию.
     Его пейзаж всегда населен и архитектурен. Дом, замок, двор, церковь — его содержание. Архитектура — точка опоры для Бабеля. От нее он отталкивается зрением и движется к периферии. То, что зрение успевает выхватить из среды, попадает в текст, остальное, несущественное, забывается.
     «Я увидел храм Берестечка — могущественный и белый. Он светился в нежарком солнце, как фаянсовая башня. Молнии полудня блистали в его глянцевитых боках. Выпуклая их линия начиналась у древней зелени куполов и легко сбегала книзу. Розовые жилы тлели в белом камне у фронтона, а на вершине были колонны, тонкие, как свечи». Еще одна особенность пейзажных наблюдений у Бабеля —• он рисует только военный пейзаж. Редко в него не вписаны приметы войны. А если они отсутствуют в нем, значит, они рядом, строкой ниже или выше: пушки, мертвецы, главкомы, выстрелы — бытовая мишура записок военного корреспондента: «На земле, опоясанной визгом, потухали дороги. Звезды выползали из прохладного брюха ночи, и брошенные села воспламенялись над горизонтом».
     Таким образом, пейзаж у Бабеля не имеет самостоятельной ценности. Кажется, писателю безразлично, как растут деревья, какого цвета лес на закате. Его зарисовки, небольшие и красивые, загружены архитектурой, военным инвентарем, людьми и животными. Пейзаж в «Конармии» пребывает в эмбриональном состоянии. Но тем не менее именно в пейзаже Бабель полностью открывается как художник. Он вычерчивает их тонкой иглой. Они безупречны. Они оттеняют и подчеркивают величие и силу его таланта.
загрузка...